Воспоминания настоятельницы Пюхтицкого  Успенского женского монастыря игумении Варвары о старце иеросхимонахе Серафиме (Муравьеве)
Шел 1947 год. Наша семья только вернулась из эвакуации, из Кировской области, и мы с родителями жили в Луге. Много было у нас в Луге разговоров о великом старце, сильном молитвеннике отце Серафиме Вырицком. И мне так хотелось съездить к нему! При первой же возможности я отправилась в путь.
Стояли первые июньские дни, только распустились листочки на деревьях. Мне еще не было семнадцати лет. Доехала я до Петербурга, оттуда – до станции Вырица. Куда идти – не знаю. Спросила у людей: «Где у вас батюшка Серафим живет?» «Идите, увидите церковь Казанскую, там недалеко и домик», - говорят. И я пошла. Смотрю – церковь деревянная стоит, могилочки недалеко. Подхожу к домику. Веранда большая. Стучусь. Захожу, а там много-много народу. «Здесь живет батюшка Серафим?» – спрашиваю. «Тут, да он не принимает – читайте». На двери объявление: «Батюшка болеет, просьба не беспокоить, и не стучать». Это было за два года до батюшкиной кончины.
Стою и думаю: «Неужели придется уехать? Так и не увижу батюшку…» Стою: и не ухожу, и беспокоить не решаюсь. «Доченька, мы-то тут с утра сидим. Иногда нам записочками отвечают, но мы-то здешние», - говорят бабушки. А я все стою в нерешительности: «Матерь Божия, помоги, устрой… Никто, как Матерь Божия…»
Думаю, часик-другой побуду здесь, а потом домой поеду. День такой хороший! Вдруг открывается дверь. Выходит монахиня и говорит: «А кто здесь из Луги?» Думаю: «Кто здесь из Луги?» Растерялась. А все на меня смотрят. «Я из Луги», - говорю. «Батюшка сказал: «Пропустите девушку из Луги». «Деточка, проходите», - ласково позвала монахиня и повела, - Пойдемте, батюшка просит Вас». Впоследствии эта монахиня стала схимницей Пюхтицкого монастыря Серафимой (Морозова), которую я хоронила в 1974 году, будучи настоятельницей монастыря. Часто мы с ней с любовью вспоминали батюшку и эту нашу встречу.
…Идем по коридору. Угловая комната – батюшкина келлия с окнами в сад. Справа – большой святой угол. А слева, в самом уголочке, кроватка. Батюшка лежит на подушечках. У кроватки - ковер. «Подойдите, встаньте на коленочки на коврик, - говорит монахиня, - чтобы батюшка слышал Вас».
Подхожу, встала на колени, смотрю на батюшку. Такой светлый, впалые щечки, проницательные серые глаза, а лицо…! Это не лицо, а лик! Шапочка схимническая с крестиком, надета схима, наперсный крест. Я открыла рот – и не могу вымолвить ни слова. Смотрю, смотрю… И он на меня проницательно смотрит. Батюшка нарушил молчание: «Деточка, а что Вы хотите, с чем Вы ко мне приехали?»
Сердце мое сжалось от волнения. И я тихо промолвила: «Батюшка, дорогой, мне ничего не надо. Мне только нужно Ваше благословение и Ваши святые молитвы». И все смотрю, смотрю на него. Он, улыбаясь, смотрит и говорит: «Мать Анна, принесите мне две просфоры: одну большую, другую поменьше». Матушка приносит большую, такую как игуменская, просфору. «Это – Вам, - дает мне отец Серафим, - а эту передайте вашей маме. Пусть мама разделит на 60 частичек и 60 дней принимает со святой водой».
Мама все исполнила в точности, как сказал батюшка. И все хотела потом съездить в Вырицу. Все говорила: «Доченька, так хочется к батюшке Серафиму съездить!» Но, как у всех у нас, все не хватало времени. Так и осталось загадкой, почему батюшка благословил разделить просфору на 60 частичек…
«А когда будете уходить от меня, - продолжал батюшка, - напишите записочки о здравии всех своих родных и за упокой. И я по силе всегда буду молиться» Смотрит на меня и все улыбается, улыбается...
А я ничего о своих родных не говорила. И ни о чем не спрашивала. Пела в Луге в Казанской церкви на клиросе. К нам в Лугу, на 101-й километр, много приезжало репрессированных ленинградцев. Им не разрешали по возвращении из ссылки жить в родном городе, и они селились в Луге. Ходили они к нам в Казанскую церковь, многие пели в церковном хоре. Замечательные были люди… Часто вспоминали они о батюшке Серафиме Вырицком, рассказывали о помощи, ниспосланной по молитвам этого великого старца.
Стою я на коленочках, смотрю на батюшку. А он вдруг спрашивает: «Деточка, а как ты поедешь в Лугу?» Я растерялась. «Поездом в Ленинград, а оттуда – в Лугу». – «А ты вот что сделай. Выйдешь от меня, зайди в церковь, приложись к иконе Казанской Божией Матери, а потом к могилкам, поклонись. Там моя матушка лежит – схимонахиня Серафима. Близенько – большая дорога. Выйдешь на нее, пойдет грузовая машина. Ты не бойся, подними руку. Она остановится и довезет тебя до железной дороги». Оказывается, в 5 километрах от Вырицы – станция Сиверская, а он нее до Луги совсем недалеко. – «А там сядешь на поезд и через час будешь в Луге своей».
У меня и в мыслях не было, чтобы старцу такой вопрос задать! Меня это так удивило. Смотрю на него: такой светлый, святой человек, словно житель горнего Божиего мира, и вдруг говорит мне о таких практических вещах… А сейчас часто его вспоминаю. Находясь в такой святыне, в Пюхтице, мне постоянно приходится решать жизненные, практические вопросы. Какой батюшка был дальновидный, какой простой, сколько было у него любви! Какой пример был всем нам – какая забота о людях до такой мелочи!…
Стою на коленях, скрестив руки на груди, и все смотрю, смотрю на него. Никогда я такого лика не видела. Весь день бы так и стояла!
Вошла мать Анна. Я говорю: «Батюшка, простите, я Вас, наверное, так задержала». А сама не знаю, сколько времени прошло, сколько пробыла у батюшки. А он: «Ничего, деточка, подойди, благословлю тебя, и родителей Ваших, и все родню Вашу». И перекрестил меня. Я поклонилась. Стала уходить. Не решаясь повернуться к батюшке спиной, на носочках вышла.
Зашла в церковь. Приложилась к Казанской иконе Божией Матери. Помолилась на могилках. Теперь, думаю, надо на дорогу выйти. Смотрю: большая дорога рядом, и машина идет. Бабушки сидят в ней, березки лежат. Робко поднимаю руку: «Молодой человек, не подвезете до станции Сиверской?» – «А мы туда и едем». Довезли меня до переезда. Я вышла, поблагодарила. Слышу – поезд сзади подходит. Успела только к вагону подойти и поехала домой. Оказалось, скорый, проходящий поезд был. От радости даже не помню, как доехала. Казалось, только вошла в вагон и уже дома.?
Вот такая встреча произошла у меня с отцом Серафимом 50 лет тому назад. Милостию Божией сподобилась видеть светлого старца, принять его благословение и просфору. Всегда, когда мне потом приносили игуменскую просфору, я почему-то невольно вспоминала батюшку и этот день. Было эта за 20 лет до моего настоятельства…
Игумения Варвара.
Пюхтицкий монастырь.
17.12.98.
 
Назад
На первую страницу
Вперед