Пюхтицкий Успенский женский монастырь
Предлагаем вниманию читателей главу из книги Святейшего Патриарха Алексия «Православие в Эстонии», посвященную основанию Пюхтицкого монастыря.
В период архипастырства высокопреосвященнейшего Арсения на Рижской кафедре и губернаторства С. В. Шаховского в Эстляндии, при их исключительно важном содействии в 22 км к югу от станции Иевве на Пюхтицкой (Богородицкой) горе был открыт в 1891 г. Успенский женский монастырь. /…/
1 апреля 1886 г. начальник Эстляндского губернского жандармского управления сообщал С.В. Шаховскому, что в имении Ментак Исаакского прихода имеется место, которое, по словам старожилов, было определено для постройки православной церкви и план ее даже представили в Санкт-Петербургскую духовную консисторию. Кто и когда ходатайствовал о постройке этой церкви, так и осталось неизвестно. К сожалению, по непониманию или равнодушию со стороны русской власти не было ничего сделано для укрепления православия там, где уже в XVI столетии русские крестьяне по своему усердию и благоговению к этому святому месту «дерзнули» выстроить часовню.
Но было и еще одно место – гора, которую эстонцы-лютеране называли Журавлиной, православные – Богородицкой, и те и другие вместе – Пюхтицкой, т. е. Святой.
Древнее предание, записанное в летописи православной Ильинской церкви села Сыренец на берегу Чудского озера, повествует о том, как однажды пастух-эстонец увидел на Пюхтицкой горе величественную женщину, окруженную лучезарным светом. Когда он стал приближаться к горе, видение исчезло, но лишь повернул назад к стаду, оно появилось вновь. Пастух на другой день позвал с собой односельчан, и все повторилось в точности, как и в предыдущий день. Они увидели то же видение, но когда подошли ближе, оно исчезло. На третий день много эстонских крестьян пошли посмотреть на это чудо. Оно явилось снова, но с приближением крестьян опять исчезло. Тогда крестьяне взошли на гору и на месте чудесного видения под старым дубом нашли икону Успения Божией Матери. Взяв образ, они передали его православным крестьянам деревни Ямы, рассказав о том, как обрели его: «Возьмите его себе, мы не молимся образам, а вы, русские, молитесь». Православные, приняв с благоговением и радостью явленную икону, построили на том месте малую часовню в честь Успения Божией Матери и там поставили образ. С той поры соборный священник из Нарвы ежегодно приезжал 15 августа совершать службу для приходивших сюда богомольцев. Затем икона была перенесена в Нарву, в собор. Когда в селе Сыренец была построена церковь, то к ней с 1818 г. была приписана Пюхтицкая часовня и чудотворная икона Божией Матери перенесена в сыренецкую церковь, откуда ее каждый год 15 августа крестным ходом переносили в Пюхтицы.
Сопоставление этого предания со сведениями из визитационного протокола лютеранского пастора позволяет отнести время построения часовни ко второй половине XVI в. Это подтверждается и тем, что, по преданию, икона была найдена крестьянами-эстонцами, понимавшими значение явленного образа для православных, но отвергавшими поклонение святым иконам. Отсюда следует заключить, что таинственное видение на горе, обретение иконы и построение на этом святом месте часовни усердием православных крестьян произошло уже после того, как в Эстляндии лютеранское учение сменило католическое.
В 1842 г. везенбергский купец Нестеров, получивший от пюхтицкой иконы Успения Божией Матери исцеление от тяжкой болезни, реставрировал часовню и украсил икону серебряной позолоченной ризой. Еще раз часовня была реставрирована и украшена в 1876 г. сыренецким церковным старостой крестьянином Андреем Абрамовым, им же поставлен в часовне иконостас.
На северном склоне горы, рядом с Успенской часовней, расположено древнее кладбище. Когда образовалось это кладбище – неизвестно, но существует местное предание, что здесь похоронены русские воины. По боевым орудиям и доспехам, найденным в XIX в. при раскопках курганов, можно отнести появление этих могил ко времени войн святого благоверного князя Александра Невского с ливонскими рыцарями. У подошвы горы против уступа, на котором построена часовня, находится источник ключевой воды, к нему 15 августа ежегодно совершался крестный ход. Не только православными, но и всем окрестным населением этот источник признается живоносным и целебным. Эстонцы называли его «святым источником Спасителя» или «чистым источником». Хотя этот источник находился на земле, принадлежавшей имению Куртна, а затем вместе с землей стал собственностью крестьянина-лютеранина, он всегда считался принадлежащим православной часовне и сыренецкие прихожане 1 августа 1882 г. поставили над ним деревянный навес, увенчанный крестом. Однако крестные ходы к источнику совершались с большими трудностями: за доступ к часовне и источнику православным приходилось платить большие деньги помещику-владельцу горы. В летописи сыренецкой церкви и в местных преданиях рассказывается о многих случаях исцелений от болезней как от иконы, так и водой из источника.
В XVIII и XIX вв. вести о чудодейственной иконе разнеслись по всей России, и к 15 августа в праздник Успения Божией Матери в Пюхтицы стали приходить богомольцы не только из Эстляндии, Лифляндии, но и из других губерний, особенно Псковской, Петербургской, Новгородской, причем не только православные, но и лютеране.
В полутора километрах от Успенской часовни, в деревне Сомпе, ко времени основания Пюхтицкого монастыря существовала еще одна небольшая часовенка, в которой хранилось пять иконных досок. На двух едва можно было различить изображения Знамения Божией Матери и Ахтырской Божией Матери. По местному народному преданию, на этом месте была другая часовня, в которой находился явленный образ святителя Николая. Но в 1820 г. деревня и часовня сгорели. Когда погорельцы стали отстраивать свои избы, двум христианам святитель Николай явился во сне и сказал: «Вы все тужите о своих домах, а о моем доме никто не заботится, и меня оставляют в колодце». Вскоре крестьяне действительно нашли икону на дне деревенского колодца. Они и поставили в честь этого события маленькую часовню, но древняя явленная икона затерялась, а часовня продолжала называться Никольскою.
В 1884 г. Рижский епископ преосвященный Донат (Бабинский-Соколов) командировал в Пюхтицы священника ревельского Преображенского собора о. К. Тизика для участия в богослужении на эстонском языке 15 августа. Перед многочисленными (до 500 человек) верующими, собравшимися на праздник, он сказал большую проповедь, и крестьянам были розданы книжки и брошюры религиозного содержания на эстонском языке. Многие выражали пожелание, чтобы и впредь богослужение и проповеди совершались по-эстонски. Верующие жаловались, что из-за далекого расстояния (20 – 25 км) они в храмах бывают редко, по тем же причинам священники и пасторы их деревни никогда не посещают. После этого священник К. Тизик приезжал в Пюхтицы неоднократно (28 октября 1884 г., 17 февраля и 14 апреля 1885 г.), и часовня всегда была полна молящимися.
Эстляндский губернатор князь С. В. Шаховской увидел в этих событиях связующее звено, способствующее единению русского и эстонского народов под покровом православия. Он считал, что Пюхтицкая святыня, которая сохранялась в течение веков самим народом, должна выполнять историческую задачу на окраине России и потому необходимо построить на этом месте монастырь. /…/
Первые православные богослужения на эстонском языке происходили здесь как раз тогда, когда в северной Лифляндии, преимущественно в Гапсальском уезде и на островах, среди эстонских крестьян расширялось новое движение за присоединение к православной Церкви. Лютеранское духовенство понимало, что движение может распространиться и на Пюхтицкий край, тем более что здесь проживало много русских. Уже после второго приезда отца К. Тизика в Пюхтицы в октябре 1884 г. лютеранские пасторы из Иевве и Исаакского прихода стали каждое воскресенье поочередно навещать своих прихожан в деревнях Лехтие и Сомпе для совершения богослужения, а в апреле 1885 г. на Богородицкой горе всего в 200 м от Успенской часовни приступили к постройке лютеранской кирки. Постройка была начата самовольно, без разрешения правительства и производилась на средства, щедро отпущенные эстляндским дворянством. /…/
Но князь С. В. Шаховской энергично продолжал начатое им дело: в декабре 1885 г. в Пюхтицкий приход был назначен постоянный священник Иоанн Иогансон и открыта приходская школа, в которую поступило 22 ученика, у крестьянина Андреева для причта наняты помещения.
Вопрос об отчуждении 30 десятин земли у помещика Дикгофа и о незаконном начале строительства кирки неоднократно рассматривался в различных юридических и финансовых комиссиях. Наконец, сопротивление лютеранского духовенства и помещиков было сломлено императорским указом от 22 апреля 1891 г. об отчуждении земель за соответствующее вознаграждение. Значительную роль в этом деле сыграло Иеввенское братство, возникшее в 1887 г. по инициативе С. В. Шаховского как отделение православного Прибалтийского братства Христа Спасителя и Божией Матери под председательством княгини Е. Д. Шаховской, супруги генерал-губернатора. Ближайшую свою задачу братство видело в призрении и воспитании сирот православного исповедания, а также в оказании медицинской помощи сельскому населению без различия исповедания в основанных им приютах и лечебницах. Главной же его целью было устройство женской обители на Богородицкой горе, куда могли бы быть перенесены открытые в Иевве благотворительные учреждения. /…/
После отчуждения земли для Иеввенского братства Святейший Синод разрешил учредить на Богородицкой горе Пюхтицкую Успенскую женскую общину на такое количество сестер, какое община в состоянии содержать на свои средства. Торжество открытия общины было приурочено к празднику Успения Божией Матери 1891 г. К этому дню окончена была постройка на горе деревянного дома для сестер, и император пожаловал общине богатые священнические облачения. Вскоре Иеввенское братство купило для общины два соседних с Богородицкой горой участка в 200 десятин земли с полным хозяйством и инвентарем. Лютеранская кирка была перестроена в православный храм, и 13 августа 1892 г. архиепископ Арсений «вместо извлеченного из-под основания кирки письменного документа, в котором было написано, что кирка основывалась в принятие мер против православия», положил под престол металлическую доску с подписью, что храм устроен во имя Успения Пресвятой Богородицы.
В течение этого года около соборного храма построили деревянное здание для трапезной с подвальным этажом и мезонином, к северо-востоку от храма – здание для келий, недалеко от собора – большой деревянный флигель для лечебницы. Все эти постройки освятил епископ Арсений при многочисленном стечении богомольцев. 14 августа заложены были Святые ворота с колокольней.
Число сестер в общине к этому времени уже превышало 30. В новый собор перенесли и святыню – икону Успения Божией Матери. На средства Иеввенского братства еще в 1891 г. при общине был открыт приют для детей бедняков, на следующий год начался прием больных в монастырской лечебнице. По определению Святейшего Синода от 23 октября 1892 г. община получила статус монастыря, и был уже в полном объеме введен монастырский богослужебный круг. Число послушниц к этому времени достигло 60. Из них образовали два хора, один пел на церковнославянском языке, другой – на эстонском. Проповеди в монастырском храме произносились также на двух языках.
Обитель привлекала местное население не только богослужением и проповедями, но и благотворительностью. К монастырю были приписаны также три часовни: в Пюхтице в честь святителя Николая (сооружена в 1891 г.), в деревне Овсово в честь Рождества Христова (сооружена в 1892 г.) и в Ревеле на Русском рынке во имя святого благоверного великого князя Александра Невского, построенная в 1888 г. трудами С. В. Шаховского.
Князь Шаховской, считавший устройство монастыря одним из важнейших дел своей жизни, завещал похоронить его в Пюхтице. Это и было сделано после его кончины, последовавшей 12 октября 1894 г. Его вдова осталась жить в монастыре и над могилой построила храм во имя преподобного Сергия Радонежского, освященный 5 июля 1895 г. Из года в год Пюхтицкий Успенский женский монастырь все больше привлекал в свои стены молящихся и, как предвидел губернатор князь С.В. Шаховской, играл роль связующего звена между русскими и эстонцами в деле утверждения православия в Эстонии.
Патриарх Алексий II
 
Назад
На первую страницу
 Вперед