СЛАВЯНЕ И ПРИБАЛТИЙСКИЙ КРАЙ
Историки и археологи считают, что древние эстонские племена «находились, в общем, на одной ступени развития» со славянскими племенами, которые обитали в Верхнем Поволжье и Приднепровье и с которыми у них существовали постоянные связи. В середине I тысячелетия после Рождества Христова славяне из верховьев Днепра стали продвигаться к северу в район реки Великой и Псковского озера. Кривичи заселили территорию, которая вклинивалась на юго-востоке современной территории Эстонии в районы, населенные племенами эстов, что способствовало более тесному их сближению со славянами. На территории между современными городами Тарту, Выру и Валга найдены каменные захоронения эстонского типа и славянские курганы, распространенные в Псковской области.
Эти курганные насыпи встречаются рядом с древнеэстонскими каменными могильниками и в районе Пыльвы, Урвасте, Выру, Рыуге, в них найдены предметы обихода и искусства как славянских, так и эстонских образцов – свидетельства того, что «на этих территориях мирно жило бок о бок славянское и эстонское население», по крайней мере, с середины I тысячелетия после Рождества Христова, то есть с момента, когда в юго-восточной Эстонии появились смешанные поселения.
Укрепление и развитие феодальных государственных начал, материальной и духовной культуры у славян шло значительно быстрее, чем у эстов. Одним из основных и решающих факторов, способствовавших этому процессу, было крещение Руси в 988 г. великим князем Владимиром. Вслед за этим событием на Русь пришли священники и монахи из Византии, имевшей высокий уровень развития материальной и христианской духовной культуры. Монахи, помимо проповеди Слова Божиего, несли грамотность, искусство землепашества и огородничества, строительства и ремесел. Православие быстро распространялось на Руси и способствовало укреплению страны. Духовенство, как правило, было грамотнее и выше по уровню развития, чем мирские правители, поэтому играло весьма важную роль советников князей в делах не только веры, но и политики, и торговли. Все это в какой-то мере способствовало усилению влияния славян на Прибалтийский край.
Первые прибалтийские письменные источники известны только с XIII в., поэтому о периоде с конца I тысячелетия и в течение XI – XII вв., когда в Прибалтийском крае начали складываться раннефеодальные отношения и развиваться экономические и политические связи, можно судить только по древнерусским летописям. Особое значение имеют древнейшая Повесть временных лет и Новгородская первая летопись, освещающие события X – XIII вв., где упоминаются и события в Прибалтийском крае.
В конце X и первой половине XI в. Киевская Русь при великих князьях Святославе, Владимире и Ярославе Мудром достигла особого могущества. Великие князья развернули энергичную деятельность по укреплению государства и более тесному объединению вокруг Руси окраинных территорий, в том числе и населенных эстами, ливами и латышами, через земли которых проходили торговые пути русских купцов на запад.
«Не подлежит сомнению,– писал священник Н. Лейсман,– что уже до XI в. русские начали проникать в некоторые Остзейские области, собирать здесь дань и иногда пользоваться помощью туземцев в своих военных походах». Действительно, по скандинавским сагам, около 977 г. Владимир посылал одного из норманских выходцев, находившегося в его дружине, от имени князя собирать дань с жителей Эстонии. С. М. Соловьев комментировал это свидетельство следующим образом: « Несмотря на то что сага смешивает лица и годы, известие об эстонской дани, как нисколько не противоречащее обстоятельствам, может быть принято; но нельзя решить, когда русские из Новгорода впервые нало.жили эту дань, при Владимире ли, то есть при Добрыне, или прежде»
В Повести временных лет под 882 г. сообщается: «Поиде Олег поим воя многи варяги, чюдь, словени, мерю, весь, кривичи, и приде к Смоленьску с кривичи, и прия град, и посади муж свои». Под 907 г. мы читаем: «Иде Олег на грекы, Игоря оставив в Киеве; поя же множество варяг, и словен, и чюдь, и словене, и кривичи, и мерю, и деревляны, и радимичи, и поляны, и северо, и вятичи, и хорваты, и дулебы, и тиверци, яже суть толковины: сии вси звахуться от грек Великая скуфь». Под 980 г.: «Володимер собра вои многи, варяги и словене, чюдь, и кривичи и поиде на Рогъволода». Под 988 г.: «И нача (Владимир) ставити городы по Десне... и по Стугне. И поча нарубати муже лучшие от словень, и от кривичь, и от чюди, и от вятичь, и от сих насели грады». Есть в Повести и свидетельства о данничестве Руси в XI в.: «Се суть инии языци, иже дань дают Руси: чудь, меря, весь, мурома, черемиси, мордва, пермь, печера, емь, литва, зимегола, корсь, морава, либь». В Новгородской первой летописи старшего извода содержатся свидетельства о победах русского князя над эстами под 1113 г.: «Сего же лета победи Мьстислав на Бору чюдь»; под 1116 г.: «Иде Мьстислав на чюдь с новгородци и възя Медвежю голову на 40 святых».И далее аналогичные записи под 1133 и 1191 гг. и др.
 
Назад
На первую страницу
Вперед